Крепость Новороссийск — порт Новороссийск — город Новороссийск..(первые шаги… … «крейсерство», бочки, бора…)

 

Постепенно Цемесская бухта вместо Сухума становится основной базой Черноморского флота на кавказском восточном побережье. Первым делом возводятся портовые сооружения, внебереговые стоянки для кораблей, так называемые мертвые якоря, а также службы обеспечивающие флот. Но второго Севастополя, как могущественной морской крепости из Новороссийска не сложилось. После разорения и разграбления горцами ряда фортов береговой линии в 1840 году Императору пришлось направить значительные и людские и материальные ресурсы на их восстановление и укрепление. Земляные валы Новороссийска и возведенные на них различные оборонительные верки могли лишь противостоять ружейным атакам нападавших. Город же в пределах крепостного пространства интенсивно строится и развивается. Транспортное сообщение с Империей осуществляется только морским путем. Строительный материал, камень, провизия отгружаются из Керчи и Анапы, строевой лес, доски  из Одессы, частично с берегов Пицунды и Поти…

Постепенно прибывают первые переселенцы, возводящие себе нехитрые жилища из хвороста и глины…Действует кирпичный завод при строительных подразделениях гарнизона двух фортов.

Натухажцы, проживающие в окрестных аулах внешне не проявляли агрессивности и предпочитали торговать с русскими завоевателями. В крепость в обмен на соль, сукно, скобяные орудия везли в основном сельхозпродукты и лес. Но каждый, даже небольшой аул, по неписанным черкесским законам являлся базой и опорой для воинствующих необузданных отрядов горских головорезов.  По этой причине осваивать окрестности Новороссийска, использовать богатые местные природные ресурсы  было делом смертельным. Город и его население жили в осаде за земляным валом. Все военные и портовые заботы, таможенные и карантинные дела лежали на плечах Серебрякова. Флотскими делами занимался естественно Лазарев.

О сухопутных дорогах Новороссийска времен его юности отдельная тема. Первая же полноценная почтовая дорога, пригодная для гужевого транспорта, соединяющая Новороссийск с Анапой через форт Раевский появляется в 1842 году. В городе открывается полноценное почтовое отделение с назначенным почтмейстером!

Черноморская эскадра.

30 июля 1844 года  Новороссийску придается статус порта. Начинают действовать официальные российские службы порта, таможни и карантина с чиновниками в соответствующих рангах, принятых в Империи. В ведение адмирала Серебрякова находятся не только военные сухопутные дела береговой линии, но и все гражданские и административные. Лазарев осуществляет руководство всеми флотскими задачами «крейсерства» по Черноморской береговой линии.

Крейсерство.

Адмиральский фрегат МИДИЯ.

«С этого времени начался настоящий период кавказского крейсерства, в котором эта эскадра постоянно является уже с духом деятельным и стремления к положительной пользе и служит надёжной подпорою для укреплений и сильною рукою во всех действиях, совершающихся по берегу. Адмиральский фрегат бессменно носится вдоль линии, спрашивая о положении сомнительных укреплений. …кавказский берег с его поселениями, опоясанный такой летучей эскадрой, находится в положении совершенно обеспеченном и в отношении продовольствия, доставляемого исправно на кавказских транспортах, и со стороны неприязненных покушений на форты, которые общими силами с моря и берега вовремя предупреждаются или отражаются смело и решительно. Теперь, наблюдая за каждым крейсером, вы увидите всякий день,  как он встречает и опрашивает суда, показывающиеся на горизонте, потом вы следите за ним, когда он змеёй извивается перед бухтами и ущельями около берега, высматривая, не готовится ли где чикчерма к спуску на воду. После того он бежит к береговым укреплениям на его дистанции, узнаёт об их состоянии и предлагает услуги. Если сильные скопища горцев показываются перед фортом, крейсер бросает якорь у самого берега, свозит десант или обстреливает укрепление и вместе с ним отражает неприятеля.

Призы и чикчермы стали чаще показываться на буксире у крейсеров и реже выходить из своих ущелий и балок.

….по линии положен предел морским грабежам и молодечеству горцев на море. Они не

Разбойничья чикчерма

имеют теперь в своём владении ни одного залива, ни бухты, ни устья реки по берегу. Однако ж жадность к турецкому оружию и врождённая наклонность к удалым попыткам, до сих пор подвигают изредка горцев на смелые вылазки в чикчермах для перевоза в гаремы Константинополя своих чернооких смуглянок….»

После очередного морского похода крейсера возвращались в порт Новороссийск, чтобы после ремонта, отдыха и пополнения боеприпасов и провианта вновь выйти на морское дежурство вдоль береговой линии..

Бочки, мёртвые якоря.

«Рейд Новороссийский может свободно поместить многочисленный флот. Он простирается в длину миль на восемь, а в ширину имеет от 1 ½ миль в углу бухты, до трёх с половиной к выходу. Грунт очень хорош; по средине рейда к речке Цемес, он делается песчаный, а ближе к восточному берегу в песок подмешивается ракушка. Глубина от 6 до 13 сажен, проход 15 сажен. Бухта окружена берегами и безопасна от морских ветров. При жестоком ветре здесь тишина и спокойствие. Но вместо них есть другие пугалы в Новороссийске. Северо-восточные боры с гор, подобные сильнейшим ураганам, беспокоят военные суда и выбрасывают на берег купеческие, и тяжёлая зыбь от юго-востока разводит на рейд несносную толчею. Самое резкое направление боры замечают в тех местах против которых вершины гор сбриты и не покрыты лесом; и потому становясь на якорь, избегают этих опасных траверсов. Для предупреждения несчастных случаев от боры, по длине рейда положены шесть мёртвых якорей, на которых обыкновенно становятся военные суда. Мёртвый якорь состоит из двух железных брусьев призматического вида. Каждый брус имеет весу до 400 пудов. Брусья соединены между собою толстой цепью; к середине этой цепи приклепывается другая двойная цепь, которая поднимается к бочке, плавающей над каждым из мёртвых якорей.

Бридели с бочкой

Два из этих якорей с бриделями или цепными усами. На них обыкновенно стоят фрегаты и корабли, взяв оба уса в свои клюзы. Другие два якоря имеют среднюю цепь, приклёпанную к штырю, проходящему через середину бочки. Но как штыри не довольно надёжны, и при сильной зыби способствуют к расслаблению и затоплению бочки, то и положены недавно над двумя якорями две новых бочки не со штырями, а с толстыми цепями, которые проходят в клюзы, сделанные внутри бочки и снизу приклёпываются к цепям от мёртвых якорей, а вверху имеют

Судовой носовой клюз

рымы, за которые военные суда заносят свои цепи. Мёртвые якоря положены на разных глубинах, средняя цепь от них имеет длину 16 сажен и, по словам адмирала Нахимова, чтобы удержаться на ней в бору, не должно выпускать своего канату более 30 или 25 сажен. При зыби надо иметь канату вдове более. Тёплый сухумский климат и привычка стоять беззаботно в Сухуме с гуськами, под самым берегом, долго представляли морячкам нашим Новороссийск с его сыростью, холодом и жестокою борою – нестерпимым портом. Но мёртвые якоря и потом другие преимущества в настоящее время уже клонят перевес в пользу Новороссийска, особенно в летние месяцы.

Неудобство бочек состоит только в том, что при зыби или маловетрии, они подходят под скулу или под корму судна и сильно об него бьются. Для избежания этого на больших судах заносят конец с топа бушприта за бочку; на мелком же нужно завести верп в противную сторону. Бочки иногда наполняются водой и погружаются; для этого у них сделаны втулки, в которые вставляют ручные помпы и легко и скоро её облегчают. Во многих местах по линии от Геленджика до Гагры такие бочки и якоря были б чрезвычайно полезны. Свободный вход в Новороссийскую бухту между мысами имеет в ширину около мили и глубину 15 сажен, но в середине его находится 18-ти футовая банка. На этой банке поставлены две вехи: по восточную сторону красная веха, с колпаком, обращённым раструбом вниз, на глубине 54-х футов, а по западную сторону белая веха с колпаком, имеющим раструб вверх, также на глубине 54-х футов. Кроме этих знаков у западной отмели входа находится бакен на глубине 60 футов. Вехи и бакен усматриваются с моря в 4-х милях.»

Бора…

ШТОРМ. Автор Дорогов.

«…Хотя бора в Новороссийске и выбрасывала на берег не только купеческие, но и военные суда, однако ж эти крушения не были и не могут быть гибельны, ибо сильного волнения никогда не разводит при боре, и судно, приткнувшись к песчаной мели у города не может разбиться, потому что сильно не бьётся, а спасению людей имеются всегда простые, лёгкие и надёжные средства. Одни ветхие купеческие суда получают неисправимые повреждения от боры и от плохих шкиперов.

В 1839 году люгер «Геленджик» выбросило борой на берег от гнилых канатов, но всю команду и полуживого командира спасли на шлюпках с корвета «Орест». В 1842-м году транспорт «Кодос» с поднятыми брам-стеньгами выкинуло на мель, но никто не погиб и «Кодос» через месяц вышел в море.

В августе 1844-го года на шхуне «Ласточка» во время боры (но не самой сильной) ночью сломалась скоба, которая была приклёпана к рыму на бочке. Шхуну сильно понесло. Отдали якорь – не держит. Бросили другой – несёт, но под самым городом на 22-х футах под кормою, якоря забрали и шхуна остановилась.

В ноябре 1844-го года транспорт «Доба» выдержал жестокую морозную бору на бочке. Его так занесло и заморозило льдом, что транспорт, по словам командира его капитан-лейтенанта Клюшникова, погрузился на два фута ниже обыкновенного своего состояния; — но он выстоял, тогда как шесть херсонских шкиперов были выброшены на берег и хотя не лишились ни одного человека, но потеряли все суда.»

Однако самая разрушительная бора в молодом порту произошла в январе 1848 года.

«..Одна из самых страшных памятных бор, разразилась над Новороссийском 13 числа минувшего января. Ночью на 13 число внезапно подул северо-восточный ветер, и постепенно превращался в бору. В заливе стояли на мертвых якорях несколько военных судов, расположенных в разных местах по заливу; в каждом из якорей было весу по 350 пудов; от них шли железные цепные усы, имеющие в каждом звене по пуду, и толщиною в окружности до 5 дюймов. К рассвету 13 числа, бора усилилась, мороз доходил до -20 градусов и более; все суда, снасти и мачты их покрылись ледяною корою, имевшею, по местным известиям несколько футов толщины(!). Мелких судов и шхуны «Смелая» и тендера «Струя» — не было видно; вместо них образовались две огромные, колыхавшиеся глыбы льда, повинующиеся юго-западному волнению. Вода в бухте, как обыкновенно случается с наступлением боры, не волновалась, а кипела, будто в исполинском котле; от брызг и всплесков клокотавшей воды образовался, при довольно сильном морозе, непроницаемый туман, скрывавшей от взоров самые близкие предметы; мороз леденил в минуту всякую открытую часть тела. При этом, рев свирепствовавшей бури был так силен, что в воздухе постоянно слышался непрерывный треск, сливавшийся в общий гул, как бы от ударов и раскатов грома, в самую сильную летнюю грозу; невозможно было различать никакого отдельного звука, и самые выстрелы из орудий заглушаемы были шумом бури. В таких ужасных обстоятельствах, когда ничто не могло противостоять неодолимой силе ветра и невозможно было не видеть, не слышать никаких распоряжений, к 8 часам утра…транспорт «Гостогай» с лопнувшими цепями, вынесен были на берег и брошен на небольшой каменный риф. Вскоре та же участь постигла корвет «Пилада, державшийся четырьмя цепными якорями. Пароход «Боец», в 140 сил, имел два цепных якоря и полный ход машины вперед; но уступил сверхъестественной силе и выброшен на берег. На всех судах было много обмороженных людей; снасти и рангоут оледенели….»

«Бриг ПАЛАМЕД тоже стоял на бриделе № 3;… лопнула сперва левая цепь, почему отдали два якоря,….вскоре потом лопнула правая цепь от бриделя и отдали третий запасный якорь с пятьюдесятью саженями пенькового каната. Бриг оставался на двух якорях, а канат третьего был слаб; глубина за кормою была 26 футов. Сильным волнением выбило погонный борт, и положение брига с этой минуты сделалось весьма опасным. Три раза необыкновенным усилием офицеров борт был заколачиваем внутри досками, и столько же раз сильным напором воды выпирало эти доски, отбрасывая работавших людей; вода стала наполняться на баке и, превращаясь в лёд, погружала нас более и более с помощью наружной массы льда, которая образовалась на всей передней части судна от фор-русленей до гальюна; … На рассвете бриг прибило к берегу, не далее полукабельтова между карантином и блокгаузом. Пятеро удалых матросов вызвались передать на берег конец посредством шестёрки, которая, сорвавшись с боканцев, держалась у борта; но едва достигли они половины расстояния, разделявшего бриг от берега, как шлюпка была опрокинута, и все пятеро

Обледенелый бриг ПАЛЛАМЕД, выброшенный борой

сделались жертвою своего самоотвержения. Только около полудня буря несколько смягчилась, и с помощью необыкновенных усилий собравшихся на берегу жителей экипаж был свезён на берег, где по распоряжению коменданта Новороссийского укрепления расположен по возможности. Командир брига, все офицеры и многие из нижних чинов поступили в госпиталь с озноблёнными руками и ногами. Бриг разбит.»

«..Всего примечательнее участь, постигшая при этом бедствии тендер «Струю»; участь, неслыханная в истории мореплавания. Не имея возможности, по причине намёрзнувшего между форштевнем и мачтою сплошного льда, отклепать и выпустить свои цепные канаты, чтобы идти для спасения команды на берег, тендер этот пушечными выстрелами зажженными ночью фальшфейерами не раз призывал на помощь; но подать ее, во время боры, не было никакой возможности. Между тем тендер, беспрестанно обмерзал, медленно погружался, и ночью с 13 на 14 число,

Участь СТРУИ

глазам изумленных моряков вместо судна предстал ледяной крест, составленный из обмерзлых обломков мачты и реи севшего на дно тендера. Под этим ледяным крестом были погребены 47 человек: командир капитан-лейтенант Леонов, 3 офицера и 43 человека команды.»

 

 

«Адмиральский фрегат Мидия от тяжести намёрзшего на скулах и бушприте льда погрузился носом в воду почти до клюзов, и если бы ветер не стих, то, может быть, и он не избавился бы от страшной участи, постигшей несчастный тендер Струя…»

 

«В самом городе Новороссийске, сорваны были почти все крыши, и несколько домов совсем разрушено. Люди, показывавшиеся на улицах, увлекаемы были ветром; и в течение трех суток запрещено было разводить огонь, чтобы к ужасам боры не прибавить, еще ужасов пожара…»

«…Начальство здешнее имеет в виду два предложения для обеспечения торговли и купеческих судов от влияния боры:

1-е: так как во время самых жестоких бор замечают у восточного берега в расстоянии от него 50-ти сажен и более совершенную тишину, то и полагают положить там мёртвые якоря, чтобы купеческие суда, стоя на них во время боры, имели за кормой по 80 сажен канату и для зыби. 2-е: думают устроить мол у самого города для купцов. Но в виду только предположения, а не средства. Некоторые предлагают выброшенные купеческие суда для постройки мола; другие прибавляют к этому суда, могущие быть выброшенными. А потому подобный фундамент не обещает скорого исполнения весьма полезных мыслей….».

(Кстати, некоторые из этих предложений осуществлены только в наши дни у берегов бухты вне порта, защищенного двумя молами.)

Легендарная нахимовская СИЛИСТРИЯ.

 

 

Воспоминаниями поделился лейтенант  линейного легендарного корабля «Силистрия» И.Н. Сущов, вестник МВД Империи, летописи крушений…

 

 

1 миля = 1.609344 километра

1 фут равно 0.3048 метров

сажень 7 английских футов, то есть 213,36 см

один пуд равен 16,3804964 кг.

Все морские термины легко найти в море интернета…

Продолжение следует

часть первая,

часть вторая,

часть третья,

часть четвёртая,

часть пятая,

часть шестая.